Однако ВВП, как один из обобщающих показателей состояния экономики, является лишь следствием и отражением множества происходящих в ней процессов, в том числе влияния минерально-сырьевого фактора.

Общий экономический кризис и спад промышленного производства, вызванные "глубоким реформированием" экономики и переходом к рыночным отношениям, привели к резкому падению внутреннего спроса на все виды минерально-сырьевой продукции. Так, с 1991-го по 2000 г. внутреннее потребление алюминия первичного снизилось в 3 раза, меди рафинированной - в 3,4 раза, свинца - в 3,3 раза, цинка - в 2,7 раза, никеля - в 5,7 раза, олова - в 4,2 раза, вольфрамовых и молибденовых концентратов - соответственно в 8,4 и 6,4 раза.

Падение внутреннего спроса на цветные металлы вызвано главным образом глубоким спадом производства в основных отраслях-потребителях, таких, как машиностроение и ВПК, на долю которых приходится более 85% общего потребления этих металлов, в частности, значительно снизилось их потребление в электротехнической и радиотехнической промышленности, а также автомобилестроении, что связано с насыщением внутреннего рынка более качественной импортной продукцией.

Резкое сокращение внутреннего рынка заставило российских продуцентов расширять свои позиции на внешних рынках. За рубежи России вывозится 41-45% добываемой в стране нефти и 30-35% производимых нефтепродуктов, 30-33% газа, а по алюминию, никелю, меди, металлам платиновой группы и алмазам Россия занимает ведущее место среди стран-экспортёров, оказывая значительное влияние на конъюнктуру мирового рынка. Объём экспорта цветных металлов в 2001 г. по сравнению с 1991 г. увеличился почти в 6 раз и составил 86% от объёма их производства против 20,7% в 1991 г., а доля России в мировом экспорте этих металлов за этот период выросла с 7% до 20%. Непомерный рост экспорта продукции минерально-сырьевого комплекса, наблюдавшийся в последние 10 лет, негативно влияет на развитие экономики России. При резком снижении объёмов добычи это не только усиливает диспропорции между производством и потреблением, но и ухудшает макроструктуру экономики.

Доминирование сырьевого фактора в международной специализации России обусловило низкую степень диверсификации её экспорта. Если взять нефть, природный газ, драгоценные металлы и камни, необработанный алюминий и рафинированный никель, то доля их поставок за рубеж в 2001 г. достигла 60% от общего объёма российского экспорта. Чрезмерная зависимость отраслей топливно-сырьевого комплекса от внешнего рынка, где в последние годы отмечались резкие колебания цен, приводит к их зависимости от мировой конъюнктуры.

Можно с уверенностью прогнозировать, что в ближайшие 10-15 лет природные ресурсы будут главным ускорителем роста нашего народного хозяйства. И именно этот мощный геополитический и экономический рычаг будет формировать финансовую базу подъёма наукоёмких отраслей, способствовать значительному сокращению импорта высокотехнологичной продукции и товаров широкого потребления.

Сложившаяся практика акционирования и приватизации на предприятиях минерально-сырьевого комплекса, лицензирования и тендеров может привести к потере контроля над эффективным использованием сырьевых ресурсов. Следует признать, что наши законы не учитывают тенденции развития минерально-сырьевого комплекса.

Модернизацию минерально-сырьевого комплекса следует рассматривать как путь оживления экономики и повышения эффективности использования государственного фонда недр. Однако поддержание даже нынешнего уровня добычи едва ли возможно за счёт собственных инвестиций. Специалисты посчитали, что в ближайшие 5 лет естественное выбытие мощностей по добыче нефти достигнет около 50 млн. т. Для того чтобы компенсировать это выбытие за счёт ввода новых месторождений и реконструкции старых потребуется не менее 3-3,5 млрд. т новых запасов. При усреднённой сумме капиталовложений на воспроизводство около 7 долл. на 1 т запасов нефти потребуется 21-24,5 млрд. долл., а по золоту и другим полезным ископаемым - не менее 8-10 млрд. долл. Но сохранение нынешней добычи - это сохранение кризиса в экономике.

По оценкам Международного энергетического агентства, на поддержание мирового энергобаланса до 2030 года потребуются инвестиции в сумме не менее 16 триллионов долларов, из них в российскую нефтяную промышленность должно быть вложено 328 млрд. долларов, т. е. ежегодно в среднем примерно 11 млрд. Объём инвестиций российских нефтяных компаний в 2002 году в основной капитал составил около 11 млрд. долларов Но следует иметь ввиду, значительная их часть идёт на обеспечение роста добычи нефти из эксплуатируемых месторождений, что сужает перспективы развития отрасли.

Можно ли надеяться на "друзей" из-за рубежа, на чьи инвестиции уповали "реформаторы"? Объёмы прямых иностранных инвестиций в экономику России последние годы составляют в среднем около 4 млрд. долл. в год. Между тем суммарная потребность в инвестициях только в недропользовании превышает 25-27 млрд. долл. в год. В частности, ежегодные потребности геологоразведки оцениваются в 3,5-4,0 млрд. долл., а вкладывается около 1,5 млрд. долл.

Энергетической стратегией России на период до 2020 года общий объём инвестиций в нефтегазовый комплекс оценивается в 750 млрд. долл., причём из них около 2/3 могут быть обеспечены средствами самих нефтяных и газовых компаний. По мнению экспертов, дефицит инвестиций превышает 200 млрд. долл. Отсюда следует, что должно быть повышено внимание к экономически устойчивым отраслям, которые способны привлечь крупный инвестиционный капитал и обеспечить стабильность бюджета государства. Это в свою очередь приведёт к активизации смежных отраслей промышленности и созданию условий для изменений структуры экономики за счёт внедрения новейших технологий.

Улучшение ситуации в топливно-энергетическом комплексе может быть обеспечено как за счёт налоговой реформы, так и за счет совершенствования ценообразования на продукцию комплекса. Для этого необходимо предусмотреть понижение суммарного налогообложения, упрощение налоговой системы, обеспечить стимулирующую роль налогообложения в увеличении объёмов инвестиций в освоение новых месторождений, добычу, переработку и транспортировку энергоресурсов.

Природные богатства РФ дают ей возможность преодолеть затянувшийся кризис, достичь высоких темпов роста и восстановить необходимый индустриальный и технологический уровень. Согласно закону РФ "О недрах" (статья 12) полезные ископаемые в России являются собственностью государства. Известно, что государственная статистика не публикует оценок природной ренты в связи с тем, что отсутствуют объективные методики её расчётов. Поэтому необходимо разработать методы её оценивания, а также механизмы её распределения в сочетании с совершенствованием природно-ресурсного законодательства.

Тенденции.

Специалисты в области минерально-сырьевых ресурсов пришли к выводу, что в XXI в. будет продолжаться рост потребления топливно-энергетического и минерального сырья. По прогнозам, в последующие 50 лет объёмы горно-добычных работ возрастут более чем в пять раз, главным образом за счёт ввода новых месторождений с переработкой руд по старым технологиям.

Минерально-сырьевой комплекс России, созданный до начала 90-х годов и обладающий более высокой устойчивостью к выживанию в условиях реформирования по сравнению с другими отраслями экономики, оказался в критическом состоянии. Тем не менее он продолжает сохранять фундаментальное значение для народного хозяйства, сдерживая его от более глубокого кризиса. Ведь около 40% фондов промышленных предприятий и 13% балансовой стоимости основных фондов экономики России сосредоточено именно в сфере недропользования, а добывающими отраслями обеспечивается не менее 33% ВВП и около 70% объема экспорта страны.

Возникает вопрос: что же происходит в минерально-сырьевом комплексе России? Следует помнить, что Россия унаследовала от СССР положение самой обеспеченной минерально-сырьевыми ресурсами страны. Доля России в мировых запасах нефти составляет 13%, газа - 32%, угля - 11%, свинца, цинка, кобальта, никеля, железа от 10 до 36% и т. д. Стоимость разведанных и предварительно оцененных запасов составляет примерно 28,5 трлн. долларов.

По обеспеченности России разведанными запасами минерально-сырьевых ресурсов выделяются следующие четыре группы полезных ископаемых:

• газ, алмазы, никель, платина, бериллий, калийные соли, хризотил-асбест, которых хватит на длительный период;
• свинец, цинк, сурьма, олово, вольфрам, молибден, ниобий, - интенсивный уровень добычи обеспечен на 5-7 лет;
• марганец, титан, рудное золото, бокситы, каолиновые и бентонитовые глины, плавиковый шпат - уровень добычи их обеспечен, однако запасов недостаточно;
• уран, вольфрам, цирконий, рений, стронций - разведанные запасы следует считать ограниченными, но имеется возможность их расширения.

В последнее десятилетие XX в. на фоне устойчивой мировой тенденции роста разведанных запасов, производства и потребления минеральных ресурсов, в России происходили диаметрально противоположные процессы.

Во-первых, структура топливно-энергетического баланса России стала резко отличаться от структур других стран в худшую сторону, а это не может не сказаться на будущей экономической перспективе. В топливно-энергетическом комплексе осуществлено рыночное реформирование: производственная база комплекса полностью акционирована и в значительной части приватизирована (кроме ядерной энергетики, транспорта нефти и нефтепродуктов). Хотя государство сохранило за собой ценовое регулирование на продукцию естественных монополий (электроэнергетика и централизованное теплоснабжение, транспорт газа, нефти, нефтепродуктов) и контроль за деятельностью в этой сфере, ТЭК как единый комплекс быстро превращается в совокупность хозяйствующих субъектов, руководствующихся узкокорпоративными и рыночными интересами.

Во-вторых, износ основных фондов в ТЭК превысил 50% (в нефтепереработке - 80%). В то же время ввод в действие новых производственных мощностей во всех отраслях ТЭК сократился от 2 до 4,5 раз.

В-третьих, при практически полном отсутствии бюджетного финансирования, составляющем (за счёт поддержки угольной отрасли) менее 1% всех инвестиций в ТЭК, и из-за недостаточности средств самих предприятий, доля заёмных средств составляет 10-12%. В то же время сформировавшиеся новые собственники неудовлетворительно выполняют свои инвестиционные функции и обязательства;

В-четвёртых, искажены ценовые соотношения на взаимозаменяемые энергоресурсы, что привело к деформации структуры спроса с чрезмерной ориентацией его на газ и снижением конкурентоспособности угля. Последнее обстоятельство явилось следствием грубейшего технико-экономического просчёта и безответственности руководства ТЭК и страны, допустивших во время "газовой паузы" провал в разработке современных технологий использования дешёвых видов энергоносителей (уголь, торф и др.).

Наконец, и это главное, происходит серьёзное отставание развития и качественное ухудшение сырьевой базы добывающих отраслей ТЭК, связанное с ухудшением характеристик запасов и свёртыванием поисковых работ. Не зря один из известных нефтяников страны Р. Сафин заявил: "На протяжении последних десяти лет не было разведано ни одного нового нефтяного или газового месторождения, все существующие месторождения были открыты ещё при советской власти. Практически разрушена система геологоразведки в стране. Если не возобновить разведку новых месторождений, то через 20-25 лет страна останется без нефти и газа. И нефтегазовые компании не смогут выполнять эти функции, это - задача государства".

Большие разведанные запасы природного газа, сконцентрированные в основном в крупных и уникальных месторождениях, позволяют обоснованно рассчитывать на преимущественное развитие газовой промышленности. Но не следует забывать при этом о переходе основных месторождений газа в режим падающей добычи. Резкий взлёт цен на нефть на рубеже веков показал, что ситуация меняется: предстоящий спад добычи нефти уже не является предметом дебатов и прогнозируется не позже 2010 г.

Энергетика, транспорт и нефтехимическая промышленность могут рассчитывать только на имеющиеся ресурсы газа и угля. Их доля в мировой энергетике в 2002 г. составляла примерно по 24%. Но твёрдое агрегатное состояние угля и большое количество примесей - от серы до тяжёлых металлов - создаёт множество проблем и делает его менее привлекательным, чем природный газ. Природный газ уверенно выдвигается на передовую позицию в энергетике, в том числе как источник вторичных энергоресурсов и транспортного топлива. В 2002 г. его добыча в мире превысила 2,5 трлн. кубометров. Доказанные мировые ресурсы газа постоянно пересматриваются в сторону увеличения и на 2002 г. составляли около 155 трлн. кубометров, а потенциальные оцениваются в 280 трлн. кубометров. Но существуют ещё огромные залежи твёрдых газовых гидратов, содержание метана в которых превосходит традиционные запасы на два порядка и достигает 20 тыс. трлн. кубометров. Основной промышленный способ их извлечения - предварительная конверсия газа в смесь оксида углерода и водорода (синтез-газ), что составляет до 70% общей стоимости производства. Это сложнейшие многостадийные энергоёмкие процессы. Порогом их экономической рентабельности является производительность в 600 тыс. тонн газа в год.

Основная технологическая проблема газохимии - преодоление более высокой химической устойчивости метана, чем всех остальных углеводородов и продуктов их переработки, за исключением оксидов углерода.

По прогнозам Минэнерго РФ, мировой рост потребления первичных энергоносителей - нефти и газа - в ближайшие 25 лет может возрасти на 60-70%. При этом истощение углеводородных запасов и рост цен на энергоресурсы вынуждают промышленных потребителей, в том числе самих нефтяников и газовиков, уже сегодня искать выгодные способы использования нетрадиционных возобновляемых источников энергии. В их числе водород: это не только экологически чистый источник производства электроэнергии, но и топливо для автомобилей, которое в будущем может вытеснить с рынка традиционное нефтяное горючее.

Переход к водородной энергетике в мире начинается в наши дни. Одним из первых преимущество водорода перед традиционными источниками энергии оценил президент США Джордж Буш. Водородную политику США поддерживает и президент Еврокомиссии Романо Проди: "Водородная технология и топливные элементы - стратегический выбор Европы. В течение 20-30 лет они в корне изменят характер экономического развития", - утверждает он. В Европе на научные исследования и разработки в области водородной энергетики планируется потратить 5 млрд. долл. Мы - молчим!

Сложным является положение в нефтедобывающей промышленности: свыше 70% запасов нефтяных компаний находится на грани рентабельности их добычи. Если десять лет назад доля вовлеченных в разработку запасов с дебитом скважин 25 т/сутки составляла 55%, то сейчас такую долю составляют запасы с дебитами скважин до 10 т/сутки. Запасы нефти высокопродуктивных месторождений, дающих около 60% добычи, выработаны более чем на 50%. Доля запасов с выработанностью свыше 80% превышает 25%, доля с обводненностью в 70% - свыше трети разрабатываемых запасов, а доля трудноизвлекаемых запасов уже достигла 55-60% от разрабатываемых.

Мы привыкли говорить о нефтегазовом комплексе. Но требования экономики значительно шире, и другие полезные ископаемые играют не меньшее значение. Следует признать, что нынешние проблемы угольной отрасли порождены определённой недооценкой её роли в народно-хозяйственном комплексе страны: освоение угольных сырьевых ресурсов осуществляется темпами, не соответствующими их потенциалу. Приходится констатировать, что прогнозируемое развитие атомной энергетики на первую половину XXI века сбалансировано с имеющейся сырьевой базой урана только на первую четверть столетия, т. е. до 2025 г. Дальнейшее поддержание и развитие атомной энергетики потребует производства урана из новых, ещё не открытых месторождений.

Сырьевая база железорудной промышленности России весьма разнообразна по типам и масштабам месторождений, степени концентрации запасов в регионах, условиям добычи руд, их обогатимости, удалённости от потребителей и прочим факторам. Вместе с тем ряд железорудных предприятий имеют неблагополучные сырьевые базы.

После распада СССР Россия осталась практически без промышленных месторождений марганцевых руд. Преобладающим их типом является труднообогатимый карбонатный, на долю которого приходится около 91% балансовых запасов, остальная часть - легкообогатимые окисные и окислённые руды.

Россия не имеет разведанных запасов металлургических сортов хромитов. Свыше половины разведанных запасов бокситов сосредоточено в северном регионе и около 28% на Урале. Более 84% бокситов добывается на Урале, в том числе 73,6% - в Северо-Уральском бокситоносном районе.

Характерными особенностями минерально-сырьевой базы меди в России является главенствующая роль в запасах и добыче месторождений сульфидного медно-никелевого и колчеданного геолого-промышленных типов. Минерально-сырьевая база меди России характеризуется высокой степенью промышленного освоения ее балансовых запасов, достигшей к настоящему времени 52%.

Несмотря на кризисные явления, охватившие в последние годы никелевую промышленность, наша страна по-прежнему занимает первое место в мире по разведанным запасам и добыче никеля. В начале 90-х годов на долю России в СНГ приходилось 95% его разведанных запасов и 91% добычи.

По прогнозам, в ближайшие годы состояние с собственным производством свинца и цинка ещё более ухудшится. Помимо выбытия мощностей по добыче цинка на уральских медно-цинковых месторождениях, запасы на разрабатываемых свинцово-цинковых месторождениях в других районах уменьшатся к 2010 г. на 80-85%.

Потребность в олове почти на треть превышает его производство, а разница покрывается за счёт импорта. Сложившееся в оловодобывающей промышленности положение представляется достаточно трудным. Ряд предприятий плохо обеспечен разведанными запасами.

По оценке, вольфрамовые рудники обеспечены запасами на срок от 8 лет до 40 лет. Обеспеченность запасами пяти рудников с богатыми месторождениями и одного со средним качеством руд составляет всего 8-14 лет.

Ценность балансовых (разведанных) запасов в России неметаллических полезных ископаемых сравнима по стоимости с рудами металлов и алмазов. На нерудные полезные ископаемые приходится 15%, а на чёрные, редкие, благородные металлы и алмазы - 14,3% валовой потенциальной стоимости.

Со всей остротой встала проблема воссоздания стратегических запасов минерально-сырьевых ресурсов, оценки которых вызывают глубокую тревогу.

В СССР с 1960-х до начала 90-х годов энергопотребление повысилось до 9 т условного топлива на человека при ВВП на душу населения, превышающем 15 000 долларов, что соответствовало тогда уровню развитых стран. За последние четырнадцать лет эти показатели в России уменьшились более чем вдвое, в то время как в высокоразвитых странах производство ВВП на душу населения достигло 30 000 долларов при том же уровне потребления энергетических ресурсов, что и в России.

Расчёты показывают: чтобы переломить тенденцию падения добычи углеводородного сырья, требуется освоить месторождения, содержащие 3,5 трлн. м3 газа и 4,5 млрд. т нефти. Для обеспечения роста добычи только нефти в ближайшем пятилетии потребуется от 9 до 22 млрд. долларов при условии, что это будет происходить в старых нефтедобывающих районах.

Из-за резкого снижения объёмов геолого-разведочных работ уменьшение добычи полезных ископаемых уже давно не компенсируется приростом новых запасов, поэтому обострилась проблема обеспеченности сырьём на добывающих предприятиях в основных горно-промышленных районах страны. А это, как известно, не может не повлиять на базовые отрасли экономики страны и её экономическую безопасность. За последние 10 лет восполнение извлекаемых из недр запасов минерально-сырьевых ресурсов составило по нефти 73%, газу - 47%, меди - 33%, цинку - 57%, свинцу - 41%. Объёмы добычи полезных ископаемых за этот же период существенно снизились: газа, никеля, цинка, железных руд - на 7-17%, нефти, угля, урана, меди, бокситов, платиноидов, калийных солей - на 20-35%, хромовых руд, свинца, олова, молибдена, сурьмы, ниобия, золота, серебра, апатитов - на 40-60%, вольфрама, титана, фосфоритов, плавикового шпата - в 3 и более раз.

Как отмечалось, за рубежи России вывозится 45% и 33% добываемых в стране нефти и газа, 34% нефтепродуктов, 90% меди, до 97% никеля, до 99% алюминия. Значительная часть продукции экспортирует-ся в сыром виде без переработки её внутри страны. Чрезмерная зависимость отраслей топливно-сырьевого комплекса от внешнего рынка, где в последние годы отмечались резкие колебания цен, приводит к их зависимости от мировой конъюнктуры. Так, в последние годы дважды отмечалось значительное падение мировых цен на нефть (в 1998 г. - на 29%, в 2001 г. - на 13%) и соответственно на никель (в 1998 г. - на 31%, в 2001 г. - на 25%), а также рафинированную медь (в 1998 г. - на 25%, в 2001 г. - на 15%). Потери валютной выручки от снижения мировых цен компенсировались, и то не в полной мере, увеличением физических объемов экспортных поставок.

Несмотря на вышеуказанные тенденции, правительство страны одобрило энергетическую стратегию России до 2020 г., поставив задачу увеличить добычу нефти в 2020 г. до 520 млн. т (оптимистичный вариант), газа до 680-730 млрд. м3. Предусматривается строительство нефтепровода Ангарск-Находка (50 млн. т в год) с ответвлением на Дацин (Китай) с пропускной способностью 30 млн. т в год, увеличение пропускной способности Балтийской трубопроводной системы до 50 млн. т в год, строительство нефтепровода для перевалки нефти на Кольском полуострове и ряд других проектов.

Недавно российская "Русиа Петролеум", китайская CNPC и корейская Kogas утвердили в Москве международное технико-экономическое обоснование строительства одного из самых протяжённых в мире газопроводов с Ковыктинского месторождения. В течение 30 лет Китаю в основном для нужд энергетики достанется 600 млрд. кубометров ковыктинского газа, а Корее - 300 млрд. Поставки газа планируется начать с 2008 года. В итоге для внутреннего потребления в России останется 4 млрд. кубометров газа в год, в Китай будет экспортироваться 20 млрд. кубометров, а в Корею - 10 млрд.

Возникает вопрос: кто-то задумался над состоянием запасов в стране того же углеводородного сырья, и возможно ли осуществлять упомянутые проекты при нижайшем уровне геологических исследований и обеспечения добычи запасами? Правомерен также вопрос, а насколько учтены перспективы развития Дальневосточного региона, его потребности в нефти и газе.

Динамика прироста запасов нефти и газа убедительно показывает резкое ухудшение в стране сырьевой базы (см. таблицу).

Наибольший спад объёмов бурения произошёл в восточных и северных районах страны и на шельфе. Из 20,3 млн. м проходки, выполненных в 1991-2000 гг., 53% было сосредоточено в Западной Сибири, 32% - в Урало-Поволжье, а остальные 15% пришлись на территории Восточной Сибири, Дальнего Востока, европейского Севера, Северного Кавказа. В ряде перспективных районов буровые работы были безосновательно прекращены.

Резко изменилась целевая направленность буровых работ: крупные вертикально интегрированные нефтяные и газовые компании, концентрирующие основные средства, размещают буровые скважины преимущественно на площадях распределённого фонда в сложившихся нефтегазоносных районах при ограничении выхода на перспективные отдалённые месторождения.

Каньон из сланцевых отложений триасового (доюрского) периода реки Оротукан в Магаданской области.

Стратегические цели.

Необходимо отметить, что социально-экономическое развитие, геополитическое положение и роль России в мировом сообществе в настоящее время и в перспективе в значительной мере определяются её минерально-сырьевым потенциалом и государственной стратегией его использования. Учитывая это, руководители государства должны понять следующие обстоятельства.

Во-первых, неправильно рассматривать энергетическую стратегию и развитие минерально-сырьевого комплекса в отрыве от политической и экономической стратегии развития государства. До сих пор мы не знаем, какое государство строим, какие экономические показатели должны обеспечивать политические цели.

Во-вторых, нельзя говорить о развитии государства и общества, не имея прогнозов таких важнейших показателей, как валовой внутренний продукт, пропорции развития промышленности и сельского хозяйства, социальная ориентация общества и др. К этому следует добавить, что с начала реформ правительством ни разу не разрабатывался энергетический баланс страны на перспективу. Всё это в совокупности составляет основу национальной безопасности и должно являться предметом особой заботы правительства. Складывается мнение, что непонимание роли и значения минерально-сырьевого комплекса в экономике России - это отличительная черта, в том числе и нынешнего руководства страны.

В-третьих, для России с точки зрения экономических перспектив всегда была важна общенациональная система управления геологическими исследованиями территории государства. Разрушение государственной геологической службы привело к тому, что за последние годы геолого-разведочные работы сократились в три раза. Если не будет наведен порядок в финансировании геолого-разведочных работ, то в 2005 г. они сократятся еще как минимум на 30% от уровня 1997 г., а это приведет к снижению прироста запасов до 40%. Мы считаем, что нынешнее сокращение минерально-сырьевой базы страны является прямым следствием снижения финансирования геолого-разведочных работ. Продолжающийся спад производства минеральных ресурсов и продуктов их переработки, ухудшение сырьевых баз действующих предприятий, ожидаемое выбытие добывающих мощностей в 2005-2010 гг., катастрофическое снижение объёмов геолого-разведочных работ чреваты дальнейшими разрушительными последствиями для всей экономики. До 2025 г. произойдёт почти полное исчерпание разведанных запасов нефти, газа и свинца, трёх четвертей запасов молибдена, никеля, меди, олова. Запасы алмазов и золота могут оказаться полностью исчерпанными к 2015 г., а серебра и цинка - к 2020 г.

В-четвертых, положение с обеспеченностью минеральными ресурсами может ухудшиться ещё больше, что, несомненно, скажется на снижении экономической и оборонной мощи Российского государства. Необходимо подчеркнуть, что стратегическое прогнозирование производства минерально-сырьевых ресурсов, несмотря на многие факторы неопределенности, имеет огромное значение. В частности, по прогнозным максимальному и минимальному вариантам добычи никеля и кобальта возникнет дефицит мощностей их производства в 2007-2012 гг., по коренному золоту - в 2005 г., мощности по добыче россыпного золота могут быть исчерпаны до 2010 г. Сроки возникновения дефицита мощностей по добыче других металлов оцениваются следующими годами (максимальные - минимальные варианты): серебро и медь - в 2005-2010 гг., цинк - в 2005-2007 гг., свинец - в 2008 г. Как следует из прогнозных оценок, по большинству основных полезных ископаемых Россия после 2005 г. может столкнуться с масштабной проблемой дефицита рентабельных запасов, если в ближайшее время не будут предприняты радикальные меры в сфере недропользования, в том числе созданием эффективных экономических механизмов.

В-пятых, при разработке стратегии развития минерально-сырьевой базы следует учитывать временной фактор как определяющий. Опыт освоения территорий России показывает, что для подготовки ресурсной базы в объемах, рентабельных для промышленного освоения, требуется 10-15 лет при условии концентрации значительных средств. Современная ресурсная база даже в освоенных районах характеризуется сложной структурой, и при действующей налоговой системе не менее 50% подготовленных запасов оказываются нерентабельными для промышленного освоения.

Существуют, естественно, проблемы объективного характера, которые в сложной экономической ситуации всегда проявляются особенно остро. Одна из них - неблагоприятное размещение запасов по регионам, которую можно решить в том числе созданием полной картографической базы для проведения дальнейших поисково-разведочных работ. К настоящему времени содержимое недр только 20% территории страны отражено государственными геологическими картами масштаба 1:200 000, отвечающими современным требованиям, 55% территории нуждается в геологическом доизучении, а 25% - в выполнении всего современного комплекса работ по геологическому картированию. Таким образом, для создания геологической основы развития сырьевой базы (это касается всех видов сырья) в период 2005 - 2015 гг. около 30% всей территории страны должно быть доизучено. А это не такая простая задача.

Обобщая изложенное, можно констатировать следующее:

• минерально-сырьевая база России вступила в фазу прогрессирующего кризисного состояния и с точки зрения государственных интересов используется неэффективно;
• сохранение или дальнейшее наращивание дисбаланса в системе "производство-потребление-экспорт" добытого сырья и продуктов его переработки фактически закрепляет статус России как сырьевого придатка промышленно развитых стран Запада;
• низкая эффективность действующей налоговой системы, не учитывающей уровня ликвидности полезных ископаемых, технического состояния действующих предприятий, приоритетности сохранения рабочих мест в дотационных северных районах, а также особых геополитических интересов страны, не обеспечивает максимально возможного использования имеющейся минерально-сырьевой базы и поэтому требует дальнейшего реформирования;
• отсутствие государственной стратегии развития и использования минерально-сырьевой базы, основанной на модели самообеспечения с необходимой долей экспорта и ограниченного импорта, угрожает национальной безопасности страны и ведёт к утрате геополитических приоритетов в минерально-сырьевом секторе мира.

Законодательство развала

Одна из важных причин провала минерально-сырьевой политики правительства в области добычи минерального сырья и недропользования - крайне неудовлетворительное состояние законодательной базы. Так, ликвидацию отчислений на воспроизводство минерально-сырьевой базы следует считать крупнейшей политической и экономической ошибкой правительства. Было бы правильным восстановить эти отчисления и, естественно, направлять их на глубоко продуманные государственные программы воспроизводства запасов полезных ископаемых, выработать чёткие показатели по каждому их виду, учитывая ликвидность.

Назрела необходимость упорядочить управление геолого-разведочным процессом. Прошедшее время показало несостоятельность преобразований в геологии, что привело к потере кадрового состава, технической вооружённости и, как результат, к разгрому системы изучения недр. С августа 1992 г. началась массовая и бесконтрольная выдача лицензий действующим предприятиям, получившим право на разработку месторождений до принятия закона "О недрах". Практически за бесценок были переданы в частные руки крупнейшие месторождения различных полезных ископаемых, а предприятия, их разрабатывающие, подверглись так называемой приватизации. При этом иностранцы прямо или скрыто приняли активное участие в разграблении наших недр.

Руководители геологии и правительства заявляли о якобы новых благоприятных факторах управления недрами. Однако новые законодательные акты недропользования не обеспечили благоприятных условий ни для нормальной работы действующих предприятий, ориентированных на добычу минерального сырья, ни для освоения открытых ранее месторождений, ни для проведения геолого-разведочных работ для повышения прироста запасов.

Эти законы посвящены недропользованию, а должны быть посвящены исследованию недр и недропользованию! Недропользование это только 30% от общего объёма геолого-разведочных работ, а 70% составляет изучение недр - от региональных исследований до поисково-оценочных работ. И это самая интеллектуально насыщенная область исследований. Но об этих 70% в законах сказано скупо, неполно, и создаётся впечатление непонимания проблемы, требующей целевого финансирования.

В законах "опорные" определения должны быть юридически однозначными. Но у специалистов вызывает возражение само законодательное определение понятия "недра". В частности, непонятно, почему их верхней границей должна служить нижняя поверхность почвенного слоя? Ведь нередко сама почва является полезным ископаемым. И почему недра простираются "до глубин, доступных для геологического изучения и освоения"? Ведь геофизическими методами исследуется не только земная кора (литосфера), но и мантия. К тому же именно мантия является стимулятором многих процессов (геотермальные плюмы, вулканизм и др.), прямо воздействующими на среду обитания человека. Поэтому надо серьёзно поработать над терминологией.

Особую роль играет введение специального режима налогообложения низкорентабельных месторождений и малодебитных скважин. Такой режим особенно необходим для предприятий, вкладывающих собственные средства в разведку и морскую добычу нефти и газа на континентальном шельфе. Всё это требует глубокого осмысления для проведения эффективной государственной промышленной политики. Для этого необходимо разработать концепцию развития и воспроизводства минерально-сырьевой базы страны на долгосрочную перспективу (2015-2050 гг.) и сформировать на её основе среднесрочную целевую программу на более короткий период. При этом для естественных монополий в обязательном порядке необходимо оценить экономическую эффективность проводимой в них реструктуризации и её социально-экономические последствия.

Принцип государственной собственности на недра не должен подвергаться ревизии. Основными направлениями государственной политики в законодательном регулировании отношений в сфере недропользования и минерально-сырьевой базы должны, как представляется, являться: укрепление института единой государственной собственности на фонд недр Российской Федерации, конкретизация полномочий органов исполнительной власти федерального и регионального уровня по управлению государственным фондом недр и осуществлению государственного контроля за их рациональным использованием и охраной, а также совершенствование государственной политики лицензирования пользования недрами и видов деятельности, связанных с недропользованием.

Статья 3 Конституции Российской Федерации прямо указывает, что "носителями суверенитета и единственным источником власти в Российской Федерации является её многонациональный народ". А в ст. 17 говорится, что "основные права и свободы человека неотчуждаемы и принадлежат каждому от рождения". Поэтому на законном основании следует признать, что всё население страны, включая и будущих граждан России, имеет право на соответствующую долю национального богатства, созданного трудом предшествующих поколений россиян.

Но в пункте 1 статьи 9 Конституции природные ресурсы определены как "основа жизни и деятельности народов", и в соответствии со следующим пунктом 2 эта "основа" может находиться и в частной собственности. Специалисты считают, что только через осмысление самого понятия "природные ресурсы", подразумевающего природные богатства и общественное достояние, и раскрытие его конституционно-правового статуса возможно объективное решение вопроса о частной собственности на природные ресурсы, установление социально справедливого и экономически эффективного регулирования отношений в сфере собственности на природные ресурсы в интересах всего общества.

К сожалению, в правительстве и Государственной думе разрабатываются противоречащие друг другу изменения в Лесной кодекс, Водный кодекс, Закон "О недрах", регулирующие использование природных ресурсов. Споры идут, а многие предприятия избегают уплаты природной ренты. Кстати, в большинстве развитых стран с рыночной экономикой законодательно установлен приоритет публичных интересов в вопросах собственности на природные ресурсы, к которым применяются такие термины, как "общее благо", "общественная собственность", "общественное владение" и т. п.

В США развито правовое регулирование хозяйственного использования природных ресурсов, основу которого составила концепция обеспечения рационального использования и долгосрочной продуктивности ресурсов, исходя из принципов многоцелевого использования земель.

Как показывает опыт развитых стран мира, наиболее эффективное управление природными ресурсами достигается, если они находятся в собственности государства. Приватизация этих ресурсов у нас привела к их разрушению, и требуются огромные капиталовложения для их восстановления до уровня, предшествовавшего приватизации. Вместе с тем, опыт зарубежных государств показывает, что тенденциями в мире являются сохранение и даже возвращение государству права собственности на природные ресурсы.

Учитывая создавшуюся ситуацию в минерально-сырьевом комплексе, президиум Госсовета РФ создал рабочую группу по минерально-сырьевой политике, куда вошёл и автор этих строк. Она разработала основы государственной политики в области минерального сырья и недропользования, общими принципами которых являются:

• управление развитием и использованием минерально-сырьевого комплекса страны в соответствии с долгосрочной государственной стратегией, среднесрочными и текущими программами изучения недр, а также воспроизводства минерально-сырьевой базы на основе долгосрочного (25-50 лет) прогнозирования потребления основных видов минерального сырья;
• формирование балансов потребления и производства минерального сырья;
• совершенствование налогового законодательства в направлении, обеспечивающем эффективное функционирование минерально-сырьевого комплекса России в условиях обостряющейся конкуренции на мировых рынках, справедливое распределение ренты на каждом месторождении между государством и недропользователем (налоговое зонирование территории, специальное налоговое законодательство для минерально-сырьевого комплекса России);
• разработка комплекса внешнеполитических, экономических мер и создание условий для обеспечения доступа российских компаний к недрам государств-продуцентов минерального сырья, прежде всего имеющих задолженность перед Россией;
• создание методов долгосрочного (25-50 лет) прогнозирования потребления основных видов минерального сырья и др.

Этот документ отвечал на комплекс вопросов: что происходит, что и когда следует сделать, какие законы принять. При этом мы были убеждены: так как минерально-сырьевой сектор экономики играет определяющую роль в политике, экономике и безопасности страны, то он должен быть под контролем президента страны. Для этого предлагалось создать при нём Совет по минерально-сырьевой политике. Кстати, подобный совет вполне успешно действует при президенте США, выполняя широкие полномочия по обеспечению безопасности государства. Мы считали, что указанный документ должен был стать политической платформой президента и правительства при создании новой государственной минерально-сырьевой политики, отвечающей интересам народа. Однако, когда правительству поручили доработку этого документа, оно настолько его "упростило", что он оказался лишённым практического смысла. Следует откровенно признаться, что наш труд пропал даром.

И ссылки на него в резолюции недавно прошедшего V Всероссийского съезда геологов у нас, его разработчиков, вызвали недоумение, поскольку этот глубокий и содержательный документ был препарирован МПР РФ и превращён в набор пустых деклараций, скоропалительно утверждённых Правительством РФ. Тем самым правительство тоже показало убогость понимания этой чрезвычайно важной государственной проблемы. Поэтому возникает вопрос: а кому такое правительство нужно?

На этом фоне смешно прозвучали дифирамбы, пропетые на пленарном заседании упомянутого съезда геологов последним советским министром Габриэлянцем действующему министру МПР Артюхову, человеку, весьма далёкому от геологии и недропользования. Правда, мы знаем цену подобным песням и личностям!

Основа укрепления экономики

Значительный прирост запасов по различным видам полезных ископаемых был обеспечен в советское время именно существовавшей тогда системой исследования недр и в первую очередь опережающими геологическими исследованиями. Сейчас в России практически исчерпан прежний поисковый задел, являющийся единственной научной основой для наращивания разведанных запасов.

Известно, что зарубежный подход к решению проблем воспроизводства минерально-сырьевой базы характеризуется долевым участием государства в финансировании программ поисковых и геолого-разведочных работ. Такой долевой вклад составляет в Австралии 30-40%, Великобритании - 33-35%, Канаде - 38-40%, США - 50-70%, Японии - 75-80%. Таким образом, восстановление роли государства в вопросах финансирования - это настоятельная необходимость, которая, к сожалению, ещё не получила признания нашего правительства.

Обеспечение устойчивого развития России в условиях глобализации ресурсных и экологических проблем требует незамедлительного осмысления места и роли минерально-сырьевой базы в этом процессе. Можно считать, что к началу 2003 г. Россия достигла объективных пределов своей минерально-сырьевой внешнеторговой специализации. Главным фактором, обеспечивающим большой объём рентных доходов топливно-сырьевых отраслей, является возможность продавать их продукцию за рубеж по ценам, намного превосходящим затраты и внутренние цены. Такая ситуация складывается в нефтегазовом секторе в результате низкого курса рубля и высоких мировых цен на топливо. Так, средние экспортные цены на газ в 2000-2002 годах удерживались на уровне 61-65 долл. за тыс. куб. м, в то время как затраты на производство и транспортировку составляли 10-13 долл. за тыс. куб. м. Экспортная цена сырой нефти в 2000-2002 годах составляла 155-178 долл. за тонну, а затраты на добычу и транспортировку 37-42 долл. за тонну. Но экспортные цены на нефть и газ в несколько раз превосходят их внутренние цены, благодаря существенному отличию валютного курса рубля от паритета его покупательной способности по отношению к доллару.

В условиях гипертрофированной зависимости от внешних рынков, при сохраняющемся низком внутреннем спросе, резкие колебания мировой конъюнктуры крайне чувствительны для отраслей минерально-сырьевого комплекса. Это вынуждает при падении мировых цен поставлять на внешний рынок дополнительную продукцию, что дестабилизирует рынок и порождает разорительный рост экспорта, при котором каждое последующее увеличение его объемов ведет к еще большему снижению цен и уменьшению общей стоимости продаж. Такое наблюдалось в 1993 г. и 1998 г., когда при росте отгрузок нефти в страны дальнего зарубежья на 21% и 4% ее стоимость из-за падения мировых цен снижалась на 2% и 35% соответственно.

Сырьевая специализация российского экспорта носит временный характер, может привести к падению экспортных доходов и, в конечном итоге, снижению эффективности экономики России по мере выработки месторождений полезных ископаемых. По оценкам экспертов, мировые запасы ряда высоколиквидных полезных ископаемых могут быть исчерпаны на 50% уже к 2006-2015 гг.

И всё же главным вопросом остаётся вопрос собственности на природные ресурсы. От того, насколько справедливо будет оценён природоресурсный потенциал России и решены вопросы управления им, зависит судьба нашей страны в будущем. Ведь по совокупному природному потенциалу на душу населения Россия опережает ведущие промышленно развитые страны мира, в том числе США - в 2-3 раза, Германию - в 5-6 раз, Японию - в 18-20 раз.

В теории исследования операций имеется основополагающий принцип: если вы собираетесь вложить в бизнес значительную сумму денег, то есть смысл потратить хотя бы 1% этих средств на оптимизацию расходов остальных 99%. Когда речь идёт об экономике целой страны, этот вопрос приобретает особое звучание.

Профанация

В соответствии с распоряжением Экспертного совета при Правительстве РФ созданная им комиссия провела экспертизу госдоклада "О состоянии и использовании минерально-сырьевых ресурсов РФ в 2001 г.", представленного МПР РФ. В состав комиссии вошли крупнейшие учёные, возглавил её академик РАН Трубецкой К.Н. В нашем заключении указывалось, что в докладе отсутствует ряд принципиальных положений: нет сопоставления возможностей производства минерального сырья с его потребностью, не отражены вопросы комплексного освоения недр, не дана альтернативная оценка направлений развития минерально-сырьевой базы. Было сделано ещё множество принципиальных замечаний. В частности, отмечено, что рекомендации доклада охватывают далеко не все возникшие в 90-х годах прошлого столетия в минерально-сырьевом комплексе проблемы, которые требуют для их решения государственных мер. Предлагалось в доклад включить сравнительную динамику развития отечественного и зарубежного минерально-сырьевых комплексов и прогнозы их перспективного развития, прогноз конъюнктуры мирового рынка минерального сырья, оценки реализации федеральных целевых программ и иных мероприятий в минерально-сырьевом комплексе, а также деятельности органов исполнительной власти субъектов РФ по реализации территориальных программ воспроизводства минерально-сырьевой базы, и др.

Казалось бы, этот документ должен был помочь Минприроды разработать конструктивную политику реанимации и развития минерально-сырьевого комплекса страны. Но для этого надо было вникнуть в суть предложений комиссии Экспертного совета, чего не произошло.

А вот зато отечественная геология в очередной раз оказалась разменной монетой в нашем "рыночном" пространстве.

Вскоре после V ура-съезда геологов, инициированного Минприроды РФ и прошедшего под восхваления его руководством своей деятельности, это министерство разослало директивное письмо руководителям геологических организаций. В нём после вводного пассажа "о нецелесообразности их существования" предлагалось "в целях выработки окончательного решения о дальнейшем функционировании (данной) организации в 2004 году в срок до 15 декабря 2003 года представить в МПР следующие документы: обоснование необходимости дальнейшего функционирования организации в современных условиях; проект новой редакции устава с указанием важнейших задач и функций; проект производственной программы работ; проект штатного расписания, рассчитанный через трудоёмкость выполнения данной программыѕ" и так далее.

И это было сделано накануне нового, 2004 года после принятия съездом геологов резолюции в поддержку деятельности МПР и его руководства. Директива министерства означала, что как минимум в течение I полугодия 2004 г. не будет финансирования геологических организаций и продолжится издевательство над их коллективами, как это уже было в 2003 г. Но главное - будет продолжен курс на распродажу материальной базы геологии, созданной трудом предшествующих поколений. Можно ли так работать, мыслить, делать открытия в таких условиях, строить перспективу?

За годы реформ уровень профессионализма в федеральных органах управления резко снизился. Это очень опасный симптом. Можно ругать, как это нередко принято, советскую систему, но работать с кадрами она умела. Глубоко убежден, что для страны, находящейся в глубоком экономическом кризисе, назначать на руководящие должности непрофессионалов - это преступление. Именно они привели нашу страну к разрухе, позволив в том числе разрушить её минерально-сырьевой потенциал. По этой же причине мы топчемся свыше 15 лет на месте и не имеем программы выхода из кризиса. Сколько страна его ещё выдержит?